Предприниматель: «Людям с инвалидностью мешают социальные стереотипы»

Предприниматель: «Людям с инвалидностью мешают социальные стереотипы»No Natālijas Jermolajevas personīgā arhīva

Как живется людям с ограниченными возможностями в Риге? Легко ли найти работу и стать социально активным? 30 августа, с 11 до 15 часов на рынке в Агенскалнсе пройдут два интеграционных мероприятия «Люди на рынке». Участвуя в десяти бесплатных программах, посетители на себе смогут прочувствовать что значит быть инвалидом. Одна из участниц мероприятия, социальный предприниматель, основатель бренда OWA  Наталия Ермолаева рассказала нам об особенностях трудоустройства людей с инвалидностью.

— Сейчас очень много говорят о социальном предпринимательстве, об интеграции людей с ограниченными возможностями в общество? Не все понимают, как это происходит на практике.

 — У нас классический бизнес. Несколько лет назад и мы с подругой придумали уникальное на тот момент для Риги предпринимательство –  первый бренд в Латвии, который предлагает одежду с графическими принтами и принтами, нарисованными акварелью, которые перенесены на ткань при помощи печатной техники сублимации. То есть мы производим товар для всех людей. В нашей продукции нет никакого социального подтекста.

Но наша социальная задача – мотивировать молодых женщин с инвалидностью получать хорошее образование, работать на обычной работе и жить полноценной жизнью. Я сама имею инвалидность второй группы, и я вижу, что в нашем обществе есть огромная проблема стереотипного мышления.  Многие люди с ограниченными возможностями не получают необходимого образования. Им самим и их родителям кажется, что образование – это что-то не нужное. Что это навредит, может быть они будут меньше помощи от государства получать, либо щадят своих детей. Еще один стереотип, который укрепился с советских времен, что существуют  так называемые нерабочие группы. То есть с инвалидностью категорически нельзя работать. И если инвалид будет работать, как говорится на полную катушку, жить полноценной жизнью, то его лишат всей поддержки.

— Но на самом деле это ведь не так. И получается, что многие люди с инвалидностью из-за стереотипного мышления остаются за бортом?

— Да. В итоге мы получаем большое количество людей с инвалидностью, которые не могут получить работу. Потому что они недополучили образование, не знают модели полноценной жизни, что нужно сначала учится, потом искать работу, получать зарплату, оплачивает самостоятельно счета. Что все это возможно.  И пособие – это не только на проживание, а на оплату лекарств и лечения. Конечно, эта модель не подходит для людей с ментальными расстройствами и тяжелой инвалидностью.  Но многие могут работать.

А изначально закладывается осознание, что раз инвалид – то этот человек не сможет и не должен работать. Его не готовят к полноценной жизни. Даже специальные заведения, которые обучают инвалидов, они не готовят специалистов. Это чаще просто социализация, то есть времяпровождения. Потому что в реале даже преподаватели не дают нужных навыков, потому что  не понимают, как инвалиды могут работать. Они спокойно могут предложить человек, передвигающемуся на коляске обучиться на швею. И люди заканчивают учебное заведение, хотя умеют шить на бытовой машинке одной рукой. Им выдают диплом. А он потом не могут нигде найти работу, потому что везде используются машины с ножным приводом, что нужна скорость, что зарплата зависит от выработки.  Иногда предлагают работу, которая не соответствует возможностям. Допустим, человеку, который не слышит, могут предложить работу на телефоне.   То есть физически невозможно работать по полученной профессии.

Многим кажется, что инвалидность бывает либо глубокая ментальная, либо такая, что человек передвигается на коляске. Но есть болезни,м при которых просто нужно жить чуть-чуть по-другому, приспособить свой быт, осознаннее делать выбор профессии. У каждого будет своя индивидуальная модель.

— На кого учиться этим людям?

— При этом есть масса сфер, где не нужны физические способности – все, что связано с компьютерами, бухгалтерия. Где нужны интеллектуальные затраты и навыки. Однако и здесь есть проблемы: люди с инвалидностью часто обучаются на дому, а это 2-3 урока в неделю, объединенные предметы. И часто их знания в той же математике слабы. Ощущение, что никто не заинтересован в этом обществе, чтобы люди с инвалидностью поступили куда-то и смогли жить самостоятельно. К тому же, если учеба велась только дома, хромают навыки социализации. То есть этот неблагоприятный сценарий написан заранее. Никто не думает, что родители не вечны, и как эти дети смогут дальше жить. Лишь бы были чем-то заняты.

— Вы не только нашли работу, но и организовали бизнес. Сложнее ли заниматься предпринимательством человеку с  инвалидностью?

— Конечно! У меня времени меньше, чем у обычного человека, потому что постоянно требуются какие-то физиотерапии, постоянно посещаю врачей. Но это отвлекает от своих внутренних проблем. У меня есть много знакомых, кто болеет раком и не перестал работать. Они говорят, что постоянная занятость им помогает легче переносить свой диагноз.

Личный архив Наталии Ермолаевой

— Как вы изменили подход на своем предприятии, чтобы вам самой было комфортно работать?

— У нас установлены электрические столы с подъемниками, которые можно подстроить под свой рост. Есть пуфики, чтобы прилечь, если устал. Но не каждый работодатель готов переоборудовать свои помещения. И, так кая много учусь, не каждое учебное заведение имеет помещения, где могут учиться люди с ограниченными возможностями.  

Личный архив Наталии Ермолаевой

Также у нас есть мотивационная программа. Помимо того, что я занимаюсь обычной продажей, я участвую в различных акциях и программах, чтобы своим примером показать, как инвалиды могут жить полноценной жизнью и работать. Потому что у нас и общество неправильно реагирует на таких людей: либо от нас закрывается, либо жалеет.

Личный архив Наталии Ермолаевой

В октябре мы планируется переформироваться и принять на работу четырех инвалидов-специалистов. Мы не можем принять кого-то на обучение. Но через Altum готовы дать работу   швее, помощнику швеи и специалисту по маркетингу. А через Государственную службу занятости  – найти продавца. 

Личный архив Наталии Ермолаевой

— Эти люди будут меньше часов работать? В чем будет отличие?

— Нет. Социальное предпринимательство не об этом.  Мы не можем менять время работы, потому что мы магазин. Суть в том, что это не благотворительность и мы не предлагаем работать меньше или продавать для галочки какие-то непонятные вещи, чтобы кто-то из жалости их покупал. Мы хотим, чтобы у людей с инвалидностью появилось осознание, что работа не дается из жалости, что это не место, где нужно просто получить зарплату, что-то поделать. Социальные бизнес – это полноценная работа, но иначе созданные, более благоприятные условия.  Это такое место, где им работать удобнее и вообще возможно.

— Часто ли другие люди с инвалидностью, видя вашу успешность, спрашивают: с чего начать?

Очень часто приходится перенаправлять, помогать людям с выбором. Ко мне обращаются люди с серьёзными физическими проблемами. Хотят получить профессию, требующую физической ловкости. Я стараюсь их отговорить. Инвалидам важно работать на регулярной работе и работе, где платят социальные взносы. Потому что от этого зависит инвалидная пенсия. А этого многие не знают! Если человек имеет хорошее образование и работу, то он впредь сможет получать нормальную пенсию по инвалидности.

Личный архив Наталии Ермолаевой

— Это тоже стереотип, что людям с инвалидностью платят меньше?

— Нет, это в нашем обществе правда. Был даже скандал, когда одна компания получила гранты на трудоустройство инвалидов, около 200 000 евро. На большую часть было приобретено оборудование, а людям с инвалидностью платили до 30 евро в месяц, давая работу пару часов в день. И получается, что инвалиды работали фактически бесплатно!

Личный архив Наталии Ермолаевой

К сожалению, есть и другой неприятный аспект. Многие люди с инвалидностью рассчитывают на жалость. Вот, они делают какие-то вещи, которые уже 30 лет как не модные и никому не нужны, какие-то кофточки, пинетки вяжут, кожаные кошельки делают – а это покупают из жалости. Так нельзя. Это не помощь!

— А как нужно, как вообще понять людей с инвалидностью? Ведь от этого никто не застрахован в любой период жизни….

— Мы участвуем и проводим различные мероприятия по интеграции. Вот в это воскресенье на Агенскалнском рынке пройдет одно из таких. Соберутся различные общества, кто производит товары и услуги для инвалидов.  Мы, допустим, будем проводить мастер-класс по рисованию на ткани.  Будет одна девушка, которая выросла в семье незрячих родителей. Она делает игры, в которые одновременно могут играть зрячие и незрячие дети. У пришедших на мероприятие будет возможность преодолеть полосу препятствий на инвалидной коляске. 

Личный архив Наталии Ермолаевой

Одним из главных событий мероприятия станет stand-up, в котором примут участие три известные женщины с ограниченными возможностями. Они в юмористической форме расскажут о своем быте. Многие этого боятся, считая, что инвалидность – это не тема для ироний, или наоборот, используя черный юмор. Но девушки показывают как они живут и не боятся показать, что жить можно с юмором даже в инвалидных креслах.  Здесь также можно будет больше узнать о языке жестов и шрифте Брайля, а также принять участие в арт-терапии и семинарах по тактильному искусству или поиграть в Boccia (ассоциации) для людей с ограниченными возможностями. Участие в мероприятии бесплатное.

— Кстати, вот вы будете учить делать принты. А какие принты в вашем магазине в этом году наиболее популярны.

— У нас в основном принты с животными. И каждый раз это большая лотерея. В этом году самые популярные, что в принципе созвучно с темой Риги  – это кошки. Кошек купят любых, даже если дома другая. У меня дома белая пушистая, а на майке сфинкс. А собачники так никогда не сделают – если у меня корги, я не надену майку с пуделем. Приходится учитывать и другие моменты. Нарисовали корги растопыренные ушки, а профессионалы говорят: эта собака напугана. Пришлось перерисовывать. Очень часто долгожданный принт вышел, а его не покупают. А нарисовали ради эксперимента, и вдруг спрос! Сейчас случайно стал популярен принт с  французским бульдогом. В моде еще  мопс, чихуахуа, стаффорды.

Личный архив Наталии Ермолаевой

Иногда моду диктуют фильмы и мультфильмы. Сейчас над работами трудятся две художницы, иногда берем работы других авторов.   Сначала рисунок выводится на бумаге, потом при помощи температуры переносится на майку. И не смывается, потому что это не наклейка, а прокрашенные волокна. За четыре года у нас так собралось 70 авторских картин, полотнами для которых стали белые майки.  

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: